Прокалённый добела

Александр Владимирович Данилкин
Ветеран «Магнезита»

В 1978 году окончил в Сатке профтехучилище № 8, получив специальность слесаря механосборочных работ, а в октябре того же года был призван на срочную службу в армию. В 1981 году после демобилизации поступил в отделение газоочистки цеха магнезитовых порошков № 3 (ЦМП-3), где успел потрудиться на летней практике после первого курса в училище. С 1987 по 1990 год был командирован на строительство МЖК, по окончании получил квартиру в Западном микрорайоне. После чего перешёл в печное отделение ЦМП-3, где работал до 2015 года — выхода не пенсию. В начале 1980-х годов его портрет был размещён на Доске почёта у ДК «Магнезит». По итогам 2025 года за добросовестный труд и высокие профессиональные достижения А. В. Данилкин награждён Почётной грамотой Саткинского муниципального округа.

Испытание жаром

Представители профессий, связанных с обслуживанием вращающихся печей на «Магнезите», проходят испытания высокой температурой, превосходящей жар пустыни и даже банной парилки. Ведь магнезит обжигается в этих агрегатах при температуре 1700 градусов, и между зоной обжига и окружающей средой — слой огнеупоров и листовой металл. Особенно жарко под 90-метровыми печами диаметром 3,5-3,7 метра, которые расположены низко над землёй. Есть на «Магнезите» и 170-метровые вращающиеся агрегаты, но они выше над головами, поэтому не так сильно припекают тех, кто находится под ними. А. В. Данилкин работал слесарем под маленькими, да удаленькими, в бывшем тогда ЦМП-3, а теперь это — участок № 2 департамента по производству порошков.

— Слесарем под печами хорошо зимой, а вот летом трудно, очень уж жарко, — вспоминает Александр Владимирович. — Когда печь останавливали на плановый ремонт, было терпимо. Зону ремонта огораживали высокими и длинными ширмами из брезента, чтобы задержать жар, идущий от соседних печей. Когда обслуживаемая печь холодная, хоть сколько можно работать. А вот когда аварийная остановка, и ремонтировать надо «по горячему», тогда уже другой коленкор. В бригаде — по восемь человек. Четверо 10-15 минут работают, потом меняются. А в последнее время перед пенсией потруднее стало, ведь народу осталось мало, а ремонт не ждёт, в печи — обжигаемый материал, и длительная остановка может сказаться на его качестве.

«Холодное» и горячее

По словам А. В. Данилкина, специфику ремонтов на вращающихся печах освоить не так уж сложно, ведь все они типичные, что в зоне обжига, что на холодильниках (в зоне остывания обжигаемого материала). Во время капитального ремонта, который предполагает замену огнеупорной защиты внутри печи, по всей её длине, наваривали крепления под футеровку, а в холодильниках — ещё и пересыпные полки и сетки. А среди типичных поломок, которые требовали ремонта без остывания теплового агрегата, собеседник называет две: выход из строя опорного ролика и повреждение металлического корпуса (локальное прогорание или трещину).

— Если ломался опорный ролик, печь останавливали, «домкратили», разбирали опору и меняли ролик. Последнее время сношенные ролики наваривали и протачивали, а если сломан — однозначно в металлолом. Ролик ведь 8400 кг весит, заварить его никак не получится. Чтобы перемещать такие махины, было два гусеничных крана, которые ставили на место ремонта. А по его окончании отгоняли в сторону.

Александр Данилкин владел смежной специальностью машиниста гусеничного крана и управлял им, когда это требовалось. Летом, работая на этом механизме, не имевшем кабины, он надевал валенки, фуфайку и ватные брюки, а на голову — сварочный подшлемник и каску, иначе можно было сжариться.

Как рассказывает Александр Владимирович, до этого печи обслуживала бригада предприятия «Уралдомнаремонт», и для замены роликов она настраивала полиспас, но это занимало длительное время. А когда в 1990 году он вернулся в цех после строительства МЖК, здесь уже появились краны, и с ними стало гораздо быстрее.

— Если корпус лопнет, поворачиваешь печь, как надо, и готовишь лестницу: оборачиваешь верхнюю часть войлоком или асбестовым листом и поливаешь её водой, — продолжает собеседник. — И пока она мокрая, можно варить, а как высохнет, войлок начинает тлеть. И тогда опускаешь её вниз и снова поливаешь водой. Резчик раздувает трещину и ставит накладки. Несколько штук пластин — сверху, посередине и по краям. Сварщики, конечно, менялись, работали в несколько этапов. Быстро заканчивали и печь «на ход пускали».

Жажда воды солёной

Такая специфическая жажда связана не с особенностями организма, а всё с тем же местом работы. В условиях жара у человека с потом теряется и поваренная соль, задействованная в органическом гидролизе, и микроэлементы, и витамины. Отсюда и естественное желание восполнить потери.

— Утром, бывало, заступаешь на смену, а спецовка колом стоит от соли. А что потерял, надо вернуть, — рассказывает Александр Владимирович. — На разнарядке по утрам нам выдавали витамины — круглые, жёлтые, и никто их по карманам не рассовывал, сразу — в рот. А ещё стояли у нас раньше в цехе автоматы с газировкой, обычной водой с газом. Соли щепотку в стакан с ней сыпанёшь! И хорошо! Но врачи санитарные потом запретили автоматы: мол, вода некипячёная и холодная. Тогда стали чай кипятить. А те, что не ходил в столовую, банки с обедом ставили под печь и так разогревали их. Но потом профсоюз выделил деньги на микроволновку, и эта традиция отпала. Насчёт обессиливания из-за потери веществ, было такое. Хотя каких-то сверхусилий от нас не требовалось, ведь техника грузоподъёмная помогала. В нашем деле на первом месте — выдержка и терпение. Терпеть приходилось не только жару, но и длительное нахождение в неудобных позах. Отсюда и типичные отголоски — спина и давление.

Восполняя витамины

Витамины у Данилкиных свои, доморощенные, как и у многих горожан. Привычка иметь дачный участок, как подспорье к основной работе, у старшего поколения в крови. Сад-огород — вот и все увлечения человека, прокалённого работой добела. Какое-то время в молодости Александр Данилкин занимался в конькобежной секции, но потом бросил, поскольку на это уже не оставалось сил. Такая вот специфика профессии, диктующая прозу жизни.

А вот его дети и внуки спортом увлекаются, но у них и сил остаётся больше, ведь по следам родителя под печи они не пошли. У Александра Владимировича с супругой Светланой Валентиновной взрослые сын и дочь. Старший Александр (1985 г.р.) — инженер по электрооборудованию, в этом направлении окончил Саткинский горно-керамический колледж и ЮУрГУ, трудится на предприятии «Сургутнефтегаз». Дочь Елена (1989 г.р.) окончила юридический техникум в Златоусте и Московскую юридическую финансовую академию, живёт и работает в Челябинске. У четы Данилкиных двое внуков: Дмитрий заканчивает второй класс, радует успехами в учёбе и лёгкой атлетике, только что съездил на свои первые спортивные сборы в Кисловодск. Артём посещает детский сад и увлекается игрой в футбол. Семья — вот главная радость пенсионера!

А ещё Александру Владимировичу не чужда общественная работа. Два раза в год, в сентябре, к Международному дню пожилых людей и перед новогодними праздниками он помогает фасовать подарочные продуктовые наборы для пенсионеров «Магнезита». Позвали — и пошёл с радостью!