В живом щите против радиации

Мобилизованный в «зону»

Бывший монтажник предприятия «Магнезит Монтаж Сервис» и ликвидатор аварии на Чернобыльской АЭС Валерьян Мухамадеев, награждённый медалью «За спасение погибающих», во время трагедии в Припяти работал в непосредственной близости от аварийного четвёртого энергоблока, провёл в зоне радиации три месяца, после чего лечился, а, восстановив здоровье, объехал с бригадой монтажников практически всю страну. Каких только впечатлений не получил! Но и «зона» не отпускает своими отголосками. Капитально село зрение. Благо, медицина сегодня на высоте. Недавно после замены хрусталиков (кстати, по квоте) мир для нашего героя обрёл новые краски и контуры, что, конечно же, добавило ему оптимизма, которого у него и так не отнять.

— Работы в зоне выполняли разные, — рассказывает Валерьян Хайретдинович. — Некоторые из них разрешалось выполнять только по две минуты в день, чтобы не схватить лишнюю дозу облучения. В таком режиме в течение месяца разбирали завалы на крыше реактора, очищали лабораторию. Такое короткое время пребывания в зоне повышенной радиации было обосновано. Но один офицер решил заставить нас работать там по пять минут. Подчинённые в ответ ему предложили: сам попробуй там столько выстоять. Он и простоял, и после этого мы его больше не видели. Много историй было разных...

В. Х. Мухамадеев также вспоминает, как меняли грунт под высоковольтной линией:

— Когда работали под этой ЛЭП, аж волосы дыбом стояли от высокого напряжения. А ещё по деревням ездили, крыши на домах меняли. Камышовые или соломенные кровли снимали и крыли шифером. В тот момент многие люди уезжали из зоны поражения, получив за своё имущество внушительную компенсацию, а некоторые оставались (или им некуда было переезжать, или не понимали всей опасности) — вот им и ремонтировали дома. Скорее всего, сказывалось отсутствие информации: людей не сразу предупредили, что оставаться в этой местности опасно. А в целом зрелище на дорогах было, как в 41-м году: люди идут, везут на повозках имущество, скот с собой ведут.

Валерьян Мухамадеев рассказывает, что особенное впечатление на него произвёл сосновый бор, который после взрыва стал рыжим. Запомнился КамАЗ с кабиной, облицованной свинцом, в кузов которого они с товарищами грузили заражённый радиацией мусор, и потом его вывозили на могильники. Но греют душу, конечно же, впечатления «мирные», полученные во время работы монтажником в ММС.

— Как-то приехали на цементный завод в Якутию — делать капремонт вращающихся печей, — вспоминает собеседник. — Там ведь очень хорошие залежи известняков, из которых производят очень сильный цемент под марками 500-600. Он используется для строительства мостов. Потрудились ударно, вместо 50 суток сделали ремонт за 40. Заменили опорные ролики, венцовые сегменты тепловых агрегатов и многое другое. И печи пошли, как новенькие. За это руководство нам выписало премии и организовало банкет. Мне даже предлагали там остаться и квартиру обещали. Но дома лучше.

Продолжение следует.

26 апреля — Международный день памяти о чернобыльской катастрофе и День участников ликвидации последствий радиационных аварий и катастроф и памяти жертв этих аварий и катастроф (в России).
На ликвидацию последствий аварии привлекали военнослужащих кадрового состава, срочной службы и мобилизованные из запаса. Эти люди встали живым заслоном на пути распространения радиации по европейскому континенту и приостановили дальнейшее развитие катастрофы.
Ликвидаторы были задействованы в огромной работе с целью предотвращения большой беды. Во-первых, удалось избежать развития цепной реакции в расплавленном ядерном топливе. Для этого в аварийный четвёртый энергоблок сбросили с вертолётов огромную массу свинца, доломита и глины. Во-вторых, не допустили разрушения нижнего яруса строительных конструкций реактора, проложив под ним бетонную плиту. В-третьих, реактор законсервировали, построив над ним защитный саркофаг, который можно было обслуживать и эксплуатировать. А сколько велось вспомогательных работ!